Сто российских журналистов приняли участие в пресс-конференции президента Республики Беларусь
А.Г. Лукашенко (1.10.2010)

Олег Черковец, газета «Правда»: Мы посетили белорусско-китайское совместное предприятие «Мидеа-Горизонт». Отличное производство. И экономики двух стран специалисты часто сравнивают. Как вам видятся перспективы белорусско-китайского сотрудничества?
А.Г. Лукашенко: Олег, спасибо за этот вопрос. Скажу больше: наши отношения с Китайской Народной Республикой имеют характер стратегических отношений. У нас прекрасные отношения с Китаем.
Достаточно сказать, что в преддверии предыдущих президентских выборов, 5 лет назад, тогдашний президент Китая Цзян Цзэминь приехал сюда и в открытую, в пику Западу, Америке, поддержал и меня, и Беларусь. Специально приехал сюда. Я думаю, что нам надо ценить такое отношение великого Китая к Беларуси. Это во-первых. Но это не главное.
Некоторые высказывают озабоченность в России отношениями Беларуси с Китаем. Вот китайцы идут сюда, могут возникнуть какие-то непонимания. Опасность россияне видят в том, что они идут с инвестициями. Я должен сказать, что на сегодняшний день, если взвешивать инвестиции Китая и России, то у России, наверное, не на порядок, а на несколько порядков объёмы инвестиций, собственности здесь больше, чем у Китайской Народной Республики. Но Китай активно идёт на белорусский рынок. И мы этому рады. Только последняя договоренность: Китай выделяет нам миллиард льготных кредитов под модернизацию нашей энергосистемы. Так?
В.И.Семашко (первый вице-премьер Республики Беларусь): Три проекта – это строительство взлётно-посадочной полосы, и два – две электростанции крупные.
А.Г. Лукашенко: Две электростанции. Это льготный кредит. И 15 миллиардов кредитов ещё зарезервировано. Это несколько десятков проектов. 15 миллиардов.
Мы что, должны отказаться в этой ситуации от этих кредитов? Нет. Нам они выгодны. И что плохого? Мы СВЧ-печи не производили. Мы пылесосы в таком объёме не производили. Кроме стиральных машин и холодильников, по-моему, мы мало что производили из белой бытовой техники. Они готовы здесь разместить производство этой техники на десятки миллионов штук.
И пилотный проект – СВЧ-печи, потом пойдут пылесосы, кондиционеры, нагреватели, вся линейка белой техники. Они у нас ничего не просят. Они попросили возможности инвестировать или в действующие предприятия, или же построить здесь новые. Стройте. Платят налоги. Поэтому не надо России в этом плане напрягаться. Мы для России не закрыты. Российские компании, богатые компании, государство Российское могло бы присутствовать здесь шире. Хотя куда уже шире? Если кто и присутствует у нас в банковской сфере, то это Российская Федерация, мы только России продали банки. 7 из 10 крупнейших российских банков присутствуют здесь. И один РайФайзенбанк у нас с Приорбанком работает. Вот соотношение. Вы никого в банковскую сферу не пустили. Мы вас пустили. Газпром, Белтрансгаз, нефть, нефтеперерабатывающие заводы и так далее. Один из заводов – 48, по-моему, процентов или 46 – российской компании принадлежит. Мы нигде не закрывали для вас возможность инвестиций и прихода сюда. Но бесплатно ничего не дадим.
Я как-то в сердцах сказал руководству вашему, что если бы я уж был уверен, что коль мы подешевле продадим, и эта разница попадёт в карман обычных россиян, я бы рискнул. Но те, кто приходит к нам за этими активами, – это миллиардеры.
Почему я должен увеличивать их состояние за счёт собственности в Беларуси? Поэтому отношения с Китайской Народной Республикой имеют стратегический характер. Мы от него не откажемся, мы будем наращивать этот ресурс. И в ближайшее время, так же, как Медведев ездил на выставку в Шанхай, точно такая поездка в наш день будет у Президента Беларуси. И точно такая же программа. Мы встречаемся с Председателем Ху Цзиньтао. Вице-президент, который сопровождал Медведева в Шанхай, – это мой очень хороший личный друг. Он был недавно здесь, в Беларуси. Мы также с ним будем встречаться. Мы будем расширять сотрудничество. И мы будем делать всё, чтобы Китайская Народная Республика шире была представлена в Беларуси. От этого мы имеем только пользу. Китай сюда не приходит с инвестициями прошлого века. Он сюда идёт с очень высоким технологическим уровнем, проектами. Мы это приветствуем. Низкий уровень для нас неприемлем, потому что такие проекты будут неконкурентоспособны ни в Европе, ни в Беларуси. В свою очередь мы имеем большие совместные предприятия по производству нашей техники в Китае: МАЗ, БелАЗ, МТЗ. Они открыли нам этот рынок. Нас это устраивает.

Юрий Коренько, «Белгородская правда»: Александр Григорьевич, Белгородская область – это край, где работают успешно ваши 200-тонные БелАЗы в карьерах и где на полях работают тракторы «Беларусь». Я хочу поздравить вас со вчерашней крупной победой БАТЭ. С великолепной победой. С лидерством в лиге Европы. И вопрос, если можно. Известно, что вы находите время для встречи каждой делегации, прибывшей из России. Это что, хорошая традиция или метод решения сложных вопросов? И ещё один вопрос, если можно. После того как в России была выстроена жёсткая вертикаль власти и губернаторов начали назначать в Кремле, изменились ли отношения Беларуси к нашим регионам? И как вы оцениваете эффективность этой вертикали? Спасибо.
А.Г. Лукашенко: Что касается встречи, я хочу, чтобы вы понимали – она не совсем бескорыстна. Вы связываете воедино наши народы и наши государства, помогаете нашей экономике. Люди вас читают и идут на сотрудничество с нами. Вы показываете, фотографии размещаете. И все их видят. Те, кто занимается бизнесом там, приезжают после вас сюда. И мы почти всегда заключаем с ними договоры. Это я так штрихом хочу показать, что наша встреча – это не только поддержка наших отношений, но это и экономика, большая экономика...
Что касается вертикали. Вы знаете, как говорил один из ваших членов тандема, ваш покорный слуга был автором подобной идеи. И нас на чём свет стоял громили и критиковали за эту вертикаль, особенно поздний Ельцин, да и ранний Путин. Диктатура и так далее.
Но потом вы увели эту «вертикаль». И если вы поднимете мое мнение тех времён (я его высказывал, по-моему, на Урале в Свердловске, встречаясь с вашим губернатором), я выступил против. Россия – не Беларусь.
Одно дело в Беларуси назначить губернатора Брестской области. Я каждое утро вижу, что там происходит. Другое дело в Москве назначить губернатора далёкого Приморского края, Хабаровского и так далее. Есть разница? И сегодня это уже даёт сбои.
Тогда думали, что будет некое единство России. Ничего подобного! У каждого губернатора, назначенного или отстранённого, есть своя позиция. Есть свои мозги, свои эмоции и убеждения. И то, что ты его назначил в Минске или в Москве, это не значит, что он абсолютно твой и он надёжен.
Считаю, что в России губернаторы и руководители должны избираться. Но президент должен иметь право отстранить от должности. Не потому, что руководитель не понравился и потерял доверие. Ни в коем случае! Основаниями могут быть криминал в его деятельности, коррупция.
Но избирать в России (вы к этому придёте) должен народ. Слишком большая специфика регионов, слишком большая.
Я высказал своё мнение. Я не хочу, чтобы это выглядело, как будто я критикую российскую действительность. Нет. Российскому руководству виднее. Я, может быть, неправ. Им виднее. Может быть, пока эта формула работает. Но в случае с Юрием Михайловичем Лужковым оказалось, что не очень.

Александр Шилкин, «Смоленская газета»: Александр Григорьевич, как вы прокомментируете отставку мэра Москвы Лужкова, с которым, как известно, у вас сложились очень хорошие отношения? Спасибо.
А.Г. Лукашенко: Вы знаете, у меня не только с Юрием Михайловичем Лужковым хорошие отношения. У меня с очень многими большими политиками России хорошие отношения.
С Юрием Михайловичем у меня не просто хорошие отношения, это мой друг. Мы друзья давние. И от того, будет он завтра большим политиком или нет, наши отношения ни в коем случае не изменятся. Он был и останется моим другом. И у нас будут такие же отношения, как до этого, если он захочет.
Думаю, нет никаких оснований, чтобы у нас испортились с Юрием Михайловичем отношения. И то, что он сделал для Беларуси и что мы пытались сделать в ответ Москве, это не перечеркнёшь, это не выбросишь.
Поэтому сегодня я написал ему искреннее дружеское письмо поддержки, завтра пошлём его. Знаете, когда человек прожил такую жизнь и для России сделал немало и всё так заканчивается, это не очень приятно. Я его понимаю. А если ему в вину ставили бизнес его жены, так я вам скажу откровенно: не будет его жена заниматься этим бизнесом – завтра будет жена другого политика заниматься. У вас же жёны многих политиков занимаются бизнесом. Если вы хотите это пресечь, сделайте это законодательно. Но пока законом не запрещено? Поэтому не надо педалировать. Как будто Лена начала заниматься вчера бизнесом, и это увидел ваш президент и снял его с должности. Или не выстроили отношения?.. Бросьте вы, Лужков настолько хитрый, умный и талантливый политик, что он себе бы никогда не позволил не выстроить отношения с Дмитрием Анатольевичем. Более того, скажу вам честно, у меня мнение о Дмитрии Анатольевиче было совершенно иным, и я его высказывал Лужкову. Он был прекрасного мнения о президенте. Говорил, что наконец-то Россия получила порядочного человека, это совсем недавно было. Так как нельзя выстроить с таким человеком отношения? Не в этом дело, и вы это знаете. Москва – это слишком много для России.

Пётр Фокин, «Владимирские ведомости»: Вы с губернатором Владимирской области Николаем Виноградовым обсуждали возможность размещения производства тракторов Минского тракторного завода на мощностях Владимирского тракторного завода. Какие перспективы у этой идеи?
А.Г. Лукашенко: Я помню этот фрагмент наших переговоров, когда здесь был ваш губернатор. Я ему сказал: «Да, я не исключаю». Я знаю ваш завод. Знаю трактор, который вы выпускали. Но потом вы перестали двигаться вперёд. И остались на том уровне, как были в советские времена. Как выпускали тот «Владимирец», так он и остался.
Мы не против прийти на это предприятие. Я тогда ему сказал: «Желательно, чтобы вы нам помогли создать там производство». Не только по размещению. Площадей у вас хватает. Но если нам нужно одолжить у вас немного денег на то, чтобы начать работать, – одолжите. Потом продадим тракторы – мы вам эти деньги вернём. СП вернёт. Он говорит: «Нет вопросов. Мы прокредитуем». Такой разговор шёл.
Вот есть первый вице-премьер, который ведёт экономику, промышленность. Он как раз этими вопросами занимается. Поэтому если будут хорошие предложения, – почему бы и нет?
Хотя, когда недавно мы обсуждали с Путиным проблему блокирования поставок наших товаров в Россию, он говорил: «Ну как блокирую? Вот посмотрите, вы же столько тысяч тракторов поставили». Я отвечаю: «Так это же мы поставили из Елабуги, с других наших общих совместных предприятий». Он: «Ну там же не чисто наше производство. Половинная сборка». А я говорю: «А как совместное производство начинается?» Сначала с отверточной сборки, как мы с китайцами когда-то начинали. Так и с россиянами у вас. Затем, если вы произведёте и укомплектуете нас нормальными узлами, которыми можно заместить наши не в ущерб качеству, мы это возьмём. Ну а, в-третьих, МТЗ – это же наполовину или на 60 процентов российский завод. Мы же узлы многие у вас делаем. Только мы не в Минск их везём, а, например, во Владимир. И там вместе собираем трактор и продаём. Премьер России говорит чуть ли не с упрёком, что вот тут не мы производим трактор «Беларусь». Но вы же привозите комплектующие. 60 процентов прямо из России везём в Россию. А 40 – из Беларуси. Это естественно.
Но если сегодня Владимирский завод может произвести МТЗ, какие вопросы? Да нет никаких вопросов. Но он не может. А этот трактор нужен, потому что лопатой, как я всегда говорил, Россию не перекопаешь. И запущенных земель в России вы лучше меня знаете сколько. И им нужны тракторы. И прицепное оборудование к ним. А всё это в советские времена больше всего производилось у нас и на Украине. На Украине этих предприятий уже нет. Осталась Беларусь. Мы свято их сохраняли.
Мы производим свой плуг, свою сеялку, свой культиватор. Всю почвообрабатывающую технику. Всю технику под возделывание культур, которые высеваем: картошка, лён, сахарная свёкла, кормовая свекла, хлеба, травы, кукуруза на зерно и на семена.
У нас всё своё: начиная от вспашки и заканчивая уборкой. Мы последних 13 лет этим занимались. Готовы и у вас были развивать это производство на «Ростсельмаше». Предлагали: давайте вместе. Но вы тогда делили этот завод. Один хозяин другому передал, тот – третьему, третий – четвёртому. Вакханалия была полная.
И мне пришлось отдать команду (за что меня диктатором или Сталиным называют) создать свой комбайн. Мы за это время 5 образцов комбайнов сделали и вышли на европейский уровень. Сегодня готовы вам продавать. И продаём отдельные экземпляры.
Если бы у нас не было этих комбайнов, мы бы погибли. У нас, кроме «Нивы» известной, до «Дона» ещё была марка, которая сегодня не способна работать на наших полях, больше ничего не было.
Сейчас мы сделали комбайн. С немцами, американцами сотрудничали. Мы у них учились. Начинали с отвёртки. А потом производили сами.
Вы были на МАЗе. Там с компанией МАН мы работали. У нас есть продукция МАЗ – МАН. По автобусам, которые вам показывали, с «Неопланом» работали. Сейчас на 100 процентов их сами производим. А начинали с отвёртки. Но мы им доказали, что производим эти запчасти не хуже. И они отдали нам возможность производить самим.
Так должно быть и во Владимире. Если вы будете стремиться делать такого уровня и такого качества продукцию. Это требование любого государства, которое к вам придёт.
Мы с большим удовольствием будем работать с россиянами. Потому что нашу продукцию там знают. Более того, её любят. И не только у вас. В Казахстане мы уже десятки тысяч продаём тракторов. Мы там и по сборочному производству работаем. Даже в Туркменистане сборку осуществляем.
А в России. Зачем нам уходить с этого рынка? Тем более с вами надо рассчитываться валютой за углеводороды. За металл. Поэтому мы вынуждены и будем развивать у вас свои производства. Первый вице-премьер записал это. Можете прямо написать об этом в газете или сообщить губернатору. Без губернатора здесь не обойтись. Это будет крупное производство. Оно сохранит ваш завод.

Елена Козлова «Кредо. Очень полезная газета»: Я только сожалею об одном. Что нашего президента батькой не назовут. Царём – да. А батькой – нет...
Когда мы были в военной части, я поняла, что там работа идёт по закону. В армии служить стало престижно. В Беларуси вы нашли, как с бороться с «дедовщиной». Понравился мне ваш директорский корпус, на «Белкоммунмаше», директор с такой громкой фамилией Король. Рабочие получают больше, чем инженерно-технический персонал... И вот вопрос: Российские законодатели всегда хвастают, что законы у них лучше, чем в Беларуси. Но выполнение законов в Беларуси намного выше. Вот скажите: как ввести диктатуру закона?
А.Г. Лукашенко: Вы очень правильно сказали. Надо ввести диктатуру закона. Для этого, во-первых, самому исполнять закон, если говоришь о борьбе с коррупцией, – самому не брать, не красть, не «пилить», не «распиливать», не «косить капусту», как у вас говорят. Всё! Не надо гиперболизировать и считать, что это что-то там космическое. Всё элементарно. Вот возьми и объяви: «Делай, как я». Если вы не коррумпированы, то скажите.
Я же сказал... Вот начальников упрекают: денег у них много. Любой политик должен публично или письменно заявить: найдёте – забирайте. И собственность, и деньги. У меня был разговор с Борисом Николаевичем... Он как-то говорил с обидой: «Видишь, меня упрекают, что у моей семьи деньги и прочее». Я отвечаю: «Борис Николаевич, всё элементарно просто. Меня тоже Буш упрекнул. Я ему написал письмо, это действительно так было, что ЕС ли найдёшь – забери. Вы возьмите и объявите». Он рассмеялся, но не объявил.
Вот всё отсюда. От простого. Не надо делать эту проблему неземной. Да, и у нас коррупции хватает. Но у нас коррупция – дело для чиновника опасное. Никто тебя не выкупит. У вас свободные суды. И у нас свободные, но никакой суд, никакой начальник тебя не выпутает из этого. Дело не только в том, как мы вводили антикоррупционные законы и осуществляли. Всё зависит от нас. Только от нас, от начальников. А если ты коррумпирован, ты не имеешь права на тему коррупции вообще говорить.
Потому что народ на тебя смотрит и думает: жулик говорит о коррупции? Значит, никакой борьбы с коррупцией не будет! Закон надо соблюдать самому. Хотя я считаю, что выше закона или рядом с законом должны быть такие чувства, как мораль и справедливость. Всё в законе не пропишешь. А вот, что справедливо и несправедливо, наше общество, наши люди знают точно. Поэтому там, где это не прописано в законе и где, знаете, иногда бывает и так и сяк, справедливо сделай.
Я понимаю, что это не столько вопрос, сколько боль. Исходя из того, что происходит в государстве. Я не скажу, что у нас этого абсолютно нет. Хватает. И закон нарушают. Но «дедовщины», правда, в армии нет. Чтобы старослужащий издевался над молодым? Да вы что?! Главнокомандующему доложили бы немедленно. Было поначалу. Разборки были самые жестокие с офицерами. Но когда мы начали реформу армии (а мы её уже закончили), ни один офицер не обиделся. Никого не обидели и из солдат. Правда, получилось, что мы не можем сегодня в армию призвать всех парней. У нас сегодня даже очередь по некоторым регионам, чтобы в армию попасть. Родители приходят: «Заберите моего балбеса в армию». Такая вот проблема. Когда мы заявили о сокращении армии, я сразу спросил, а как будет с теми мужиками, которые в армии не послужат? Кому эти мужики нужны? Какая девчонка за него замуж выйдет, если он пороха не понюхал? Он же не сможет семью защитить. Армия этому учит. Теперь даже, кто из вузов имеет отсрочку, призываются на три месяца. Чтобы этого хлеба понюхали. Или хотя бы немножко похудели там. Через 3 месяца такие красавцы приходят. Я считаю, что каждый мужик должен служить в армии. Каждый!

Евгений Зызин, телерадиокомпания «Эхо» (Рязань): Господин президент! Хотелось бы вначале сказать, что Рязанская область в этом году очень сильно пострадала от лесных пожаров. И, пользуясь случаем, поблагодарить ваших ребят, белорусов, которые помогали нам их тушить. Они очень хорошо работали. Самоотверженно. Людей спасали, деревни спасали. И вот у меня возникло ощущение, что в российско-белорусских отношениях на высоком уровне тоже начинает какой-то пожар пробиваться. Это только мои ощущения или так на самом деле? Что, всё-таки может потушить этот пожар?
А.Г. Лукашенко: Спасибо, во-первых, за оценку действий наших ребят. Честно говоря, я от вас впервые слышу такую оценку через министра... У нас, кстати, россиянин возглавляет министерство по чрезвычайным ситуациям. Службу безопасности президента возглавляет оренбургский парень. Москвич – министр обороны. Министр иностранных дел – русский человек. Вице-премьер Кобяков – москвич. Ведёт как раз переговоры по Таможенному союзу. А вот белорусов в руководстве и в правительстве Российской Федерации нет. Но это так, для сведения. Чтобы вы понимали: мы абсолютно доверяем русскому человеку, россиянину...
Я министру по чрезвычайным ситуациям одно сказал: попроси ребят, чтобы они не подвели Беларусь. Это горит не Россия – это горит наша земля. И когда они вернулись, с гордостью передали мне, что мы не допустили трагедии. В нашей зоне ответственности ни одной деревни не сгорело. Ни одного дома. И я со слезами на глазах их благодарил за то, что они честно это сделали.
Но знаете, как некоторые интернетовцы и СМИ отреагировали, и ваши политологи, которые у вас вокруг Кремля ходят? Я не буду называть их фамилии. Мол, батька прислал команду спасателей тушить Россию. И оператора – наш бардак снимать. А потом критиковать нас. Вот дословно то, что мы читали. Мне не обидно... Нашим людям обидно. Вы Италию благодарили на центральных каналах за вертолёт, который прислали. Азербайджан – за вертолёт. Или ещё за что-то. А наших полторы сотни с машинами и вертолётами работали – ни слова. Поэтому я и говорю, что вы первый человек, который действительно как русский человек от души сказал о работе наших людей. Более того, они рассказали, что приехали туда экипированные по полной программе. А у некоторых россиян даже лопат не было. Делились всем, чем надо. Объединились, методики разрабатывали борьбы с огнём. Если надо вам, мы могли бы специалистов прислать, которые умеют бороться с огнём против огня. Потому что верховой пожар только огнём можно потушить. И вообще, чтобы вы знали, я поручил своему премьеру позвонить его коллеге и предложить помощь. У нас ведь похожая ситуация была. На юго-востоке и востоке, что к России прилегают. Жара.
Разница в том, что мы не разогнали лесников. Лесную охрану. Наоборот, мы её усилили за эти годы. У нас же 33 процента лесов. У вас тоже их немало. Наверное, процентов 30. За ними же надо смотреть. Их надо сохранять и охранять. И у нас целая система выработана. Беспилотники, вертоёеты, лёгкие самолёты барражировали каждый день. Где только дымок – туда десант. То есть в зародыше тушили. Мы ни одного дома, слава богу, в этом году не сожгли. Мы не допустили возгорания деревень даже самых глухих. Но ситуация была кошмарная. Но с запада заливало дождём. От Европы. И я говорю: позвони Путину. Опасно. Может жара пойти. А мы с запада снимем все части и бросим, допустим, на Нижний Новгород. Ведь показывали, как он туда ездил. Катастрофа была. Скажи только, разберёмся там в течение недели. Аховая ведь была ситуация. Не согласились. Мы хотели им предложить белорусский вариант: наблюдение, десантирование, тушение. Они согласились только на машины и вертоёет, который воду подвозил. Не знаю, может, секреты у вас какие-то от белорусов. Но мы и так знаем, что где расположено, в том числе и ядерные объекты. Для нас это не секрет. Наверное, какая-то другая причина.
Что касается наших отношений, я уже об этом говорил. Пожара пока нет. Но отдельные возгорания существуют. Будем тушить вместе с вами. Но мы не будем инициировать эти возгорания. Я вам обещаю, мы не будем.

Андрей Бурцев, «Пятый канал»: Александр Григорьевич! Как вам кажется? То, что Москва называет приведением цен для Беларуси на энергоресурсы к рыночным? Это действительно чисто рыночные отношения? Или в этом есть какое-то посягательство на белорусский суверенитет?
И второй вопрос, он касается выборов. Вот, комментируя итоги выборов 2006 года, вы сказали о том, что для того чтобы они были признаны Евросоюзом (я не знаю, иронизировали вы или нет), их пришлось фальсифицировать в меньшую сторону. А на будущие выборы вы уже определили себе барьер, который лучше?
А.Г.Лукашенко: Да, определил. Мне хотелось бы, чтобы за меня проголосовало две трети населения. Это конституционное большинство населения. Это высочайшая степень доверия, если за меня проголосует 70–75 процентов населения. Не надо 95 и 97, как было в прошлый раз.
Но если люди будут идти и голосовать за Лукашенко, то вы их, пожалуйста, на пороге не держите.
Андрей Бурцев: А относительно вот цен на энергоресурсы...
А.Г. Лукашенко: Это их товар. Мы это понимаем. Они хотят продать его таким образом. Ну какая же здесь рыночная цена? Рыночная цена устанавливается за счёт спроса и предложения. В результате конкуренции. К нам приходят и говорят: цена будет такая. Мы говорим, да нет, это нелогично. Приводим массу доказательств. В том числе цены в Европе. И задаём вопрос: ну почему у вас доходность Газпрома в Беларуси выше, чем в Германии? Чем мы это заслужили? Ответа нет. Это монополизм. Какие же это рыночные отношения? Это во-первых.
Во-вторых, допустим, мы требуем нерыночных невысоких цен или не максимально высоких. Ну так и мы же услуги бесплатно оказываем. Вот то, что вы видели – 1600 ваших объектов сопровождает наше ПВО от Балтики до Чёрного моря. Это чего-то стоит? Это же безопасность государства. Вы же нам ни копейки за это не платите. За базы, как Украине за Севастополь 40 миллиардов не платите. Я вообще не могу Беларусь ни с какой другой страной сравнить. Вот вы захотели в Минск приехать. У вас были проблемы? Абсолютно нет. Да, у нас на улице для вас любой снимет последнюю рубашку и отдаст. Это дорогого стоит. Это же просто так не приходит. А я начинал ни с этого. Я ведь пришёл после националистов. У нас выборы были первые президентские, состоялись после того, когда у власти были националисты во главе с Шушкевичем, вам известным. Русские сидели на чемоданах. У нас шло очищение общества, прежде всего от русских. Я же это повернул вспять. Мы ведь провели референдум о Союзе Беларуси и России. Нас нечего обвинять. Возьмите документ, Договор о создании Союзного государства. Вот здесь правильно девушка говорила о законе. Есть Договор. По нему в России и Беларуси проводится референдум по образованию Союзного государства. Референдум по Конституции.
Почему вы не вынесли в России на референдум Конституцию Союзного государства?.. Там всё прописано: устройство, власть, финансовая, экономическая системы. Но вы на это не пошли. Почему? Вот поэтому и говорим о ценах: рыночные, не рыночные. Может быть, и не рыночных цен мы требуем. Мы и не требуем. Просим: «Ребята, мы братские народы, мы договорились, у нас есть договоры, давайте в рамках этих договоров работать. Если они несправедливы – давайте садиться за стол переговоров и будем искать справедливость. Мы вам будем платить, а вы нам будете платить». Ведь всё, что едет, летит, ползёт, пешком ходит через Беларусь в Европу и наоборот, дорогого стоит. 100 миллионов тонн грузов из Европы и обратно перевозится через Беларусь. Сколько заплатили за это? Ноль. А нам это обходится в нормальную копейку. И потом, это наш ресурс. Наше транзитное положение – это наш ресурс. Как у вас нефть, газ. Мы за них платим. Платите и вы. Нет, обижаются. Нельзя всё это просчитать. И слава богу. И не нужно. Не в убыток же здесь работает Газпром! Абсолютно не в убыток. И потом, вы имейте в виду, что мы со своим товаром к вам приходим и упрёк к нам только один: продаёте по низким ценам. Однажды мне в одном городе, в Кемерово, по-моему, об этом сказали. Я говорю: «Слушайте, сколько тысяч тракторов надо и машин?» – «Столько и столько». – «Вот тут на площадь перед администрацией пригоню и поставлю. Мне не нужна высокая цена. 9 тысяч долларов тогда стоил трактор. Народу скажите об этом и продайте за 25 тысяч». Нет. Они говорят, что мы демпингуем на вашем рынке. Да нет! Мы конкурируем. У вас же не только мы поставляем тракторы. Мы вынуждены конкурировать. Чего нас упрекать, что мы по более низким ценам продаём?
Если цена высокая на газ, на нефть, конечно, цена будет расти и на продукты питания, которые сегодня вам нужны. Вы тут живёте, и я уверен, что никто не отравился ни от нашей водки, ни от вина даже, которое мы тут из плодов и ягод делаем, ни от нашей колбасы, ни от чего. Нормальные и молочные продукты. Европа сегодня у многих предприятий покупает наши продукты, мы сертифицированы там. Поэтому качество нормальное, цены нас устраивают...

(Стенограмма пресс-конференции публикуется с незначительными сокращениями.)

www.sovross.ru